откровенно радовало такое обилие и разнообразие боеприпасов.
Затишье, как и всегда, оказалось слишком громким словом — и в прямом, и в переносном смысле. Просто снаряды украинских гаубиц, ракеты «Градов» и минометные мины ложились чуть реже обычного.
— Все кроют и кроют нас!.. Они что там — бессмертные?! — пытался понять логику бандеровцев Дима Яблочкин.
Он вновь проявил предусмотрительность и приволок в дом, который они вместе с другими десантниками занимали на окраине авиагородка, упаковку индивидуального рациона питания. Грозу особо есть не хотелось — целый день на нервах. Но он заставил себя «подзаправиться», как выражался Димка, половиной банки каши с тушенкой и консервированными овощами. А вот крепкий кофе с галетами, намазанными яблочным повидлом, пришелся гранатометчику по вкусу!
У Трошина ныли плечи и спина от постоянной тяжести бронежилета, но снимать его вне импровизированной казармы строжайше запрещалось. Оно и понятно — практически непрекращающиеся обстрелы украинской арты обильно засыпали окрестности.
* * *
Гроз вспомнил, как недавно вместе с Димкой оказывал помощь раненому. Десантник попал под осколки от взрыва 122-миллиметрового гаубичного снаряда. Хорошо, что тот грохнул в нескольких десятках метров от бойца. Основной удар приняли на себя бронежилет и кевларовый шлем. Повезло, что боец надел защитные тактические очки — в итоге они спасли ему зрение.
Удар! Грохот! Взрывная волна долбит по ушам, несмотря на шлем на голове. Когда Гроз малость пришел в себя, оказалось, что его товарищу рядом повезло гораздо меньше.
Перелом обеих ног, бедро распахано осколком, кровищи — море! Правая рука висит, как плеть, тоже осколком перебило.
— Димка, сюда! Нашего ранило! — Гроз подполз и сорвал с разгрузки раненого свернутый кровеостанавливающий турникет.
Развернул эластичную ленту, затянул через пряжку выше кровавого болота на бедре, закрутил воротком так туго, как смог, и зафиксировал.
— Что такое?! Ты ранен?! — сразу не понял Димка.
— Да не я, б…дь, вот пацана сильно зацепило!.. Придержи здесь.
Гроз перетянул поврежденную руку раненого теперь уже своим турникетом. Это оказалось проще, чем останавливать хлещущую кровь из месива на ноге.
— Давай укол, — Гроз разрезал ножом куртку на здоровой руке раненого и всадил иглу шприц-тюбика с обезболивающим.
В шприце находился далеко не старый советский промедол, а новейшее и мощное лекарство, как рассказывал им на занятиях санинструктор с позывным Укол. Да и сам шприц-тюбик оказался более удобным в использовании, чем такой же старого образца.
— У него, похоже, обе ноги переломаны, надо их прибинтовать одна к другой, как учили, — заметил напарник.
— Ты прав, Димка, давай — бинтами из перевязочных пакетов!
Они вдвоем потащили раненого в подземный бункер. Там уже вовсю работали хирурги и военфельдшеры медвзвода. Раненых хватало, но к счастью, повреждения в большинстве случаев были не опасны для жизни. Все же бронезащита комплекта «Ратник» достаточно надежно защищала русских десантников от пуль и осколков.
Раненого, которого доставили гранатометчики, тут же уложили на стол, сняли бронежилет и одежду.
— Ничего, жить будет! — обнадеживающе заметил военврач, меняя окровавленные хирургические перчатки, и поглядел на своих коллег-медиков. — Работаем, ребята.
Десантника обкололи обезболивающими и противошоковыми препаратами, поставили капельницу и провели глубокую тампонаду рваной раны на бедре, надежно остановив опасное для жизни кровотечение. Теперь раненого ждала эвакуация в госпиталь ближайшим транспортно-десантным вертолетом.
— Послушай, Гроз, а где наш бравый гвардии старший сержант Визирь?!
— Командир отделения ранен недавно, — суровый гранатометчик еще больше насупился. — «Бандерлоги» сбросили с квадрокоптера переделанный под маленькую бомбу выстрел от автоматического гранатомета. Часть осколков задержал бронежилет, но взрыв был очень близко… Его вчера экстренно эвакуировали вертолетом. Теперь надежда только на хирургов…
Бригада военно-полевых медиков и здесь, в Гостомеле, и на Большой земле работала практически круглые сутки, оставаясь последней надеждой для раненых русских воинов. Они даже получили у десантников очень меткое, как, впрочем, и везде в армии, прозвище — «хирургический спецназ».
* * *
— К бою! Нацики снова полезли!..
— Их бандеровскую маму за ногу! — выругался Гроз, надевая бронежилет и разгрузку.
Димка подхватил вьюк с гранатометными выстрелами и свой автомат.
Националисты продвигались мелкими группами между строениями авиагородка. Слышалась частая автоматная стрельба, грохотали пулеметы, гулко хлопали гранаты подствольников. Бандеровцы напирали — на их стороне было не только численное превосходство. Гроз с неудовольствием отметил, что как раз это украинское подразделение отличалось высокой тактической слаженностью. Националисты умело маневрировали и довольно серьезно огрызались огнем из автоматов и пулеметов. Применяли они и одноразовые реактивные гранатометы.
— Грамотные, мать их!.. — зло подметил Гроз.
Он отстрелял уже три реактивные гранаты подряд из своего РПГ, чтобы сдержать натиск укронацистов. Теперь же они с Димой переключились на автоматы. Гроз старался бить прицельно, одиночными выстрелами. При этом приходилось постоянно менять позиции, потому что противник стрелял не менее точно. Пули взбивали мерзлую землю фонтанчиками, противно жужжали над головой рикошеты.
Как говорится, нашла коса на камень — украинские националисты напирали, но и русские десантники сдаваться и отступать отнюдь не собирались.
Из превращенных в бойницы окон по бандеровцам вели прицельный кинжальный огонь. Весь авиагородок десантники успели превратить в неприступный укрепрайон.
— Гроз, слева джип с пулеметом, дальность 400, работай! — скорректировал комвзвода Анисимов.
— Понял! Выстрел!
От взрыва реактивной кумулятивной гранаты джип с пулеметом, оказавшийся опрометчиво близко, перевернулся и грохнулся на землю объятыми пламенем стальными лохмотьями.
Гранатометчик переключился на автомат и стал стрелять одиночными по наступающим националистам. Несколько фигур в чужом камуфляже упали, Гроз видел, как их попытались оттащить за укрытие. Десантник сменил магазин и передернул затвор. Коллиматорного прицела на его автомате не было, но обычные мушка и целик вполне обеспечивали приемлемую точность стрельбы, особенно одиночными выстрелами. Бойцов гвардейской штурмовой бригады ВДВ, несмотря на их новейшее вооружение и оснащение, учили работать с использованием механических прицельных приспособлений. Так надежнее. Особенно в случае с гранатометчиком Грозом, у которого автомат являлся, по сути, дополнительным оружием.
Рядом Дима тоже «щелкал» одиночными из автомата. Чуть правее стрекотал короткими очередями пулемет. Десантники отстреливались расчетливо, держали обозначенные командирами секторы обстрела. Да и ориентиры тоже уже заранее намечены. А там еще и крупнокалиберные пулеметы «Корд» — националистам совсем уж кисло пришлось… В общем, несмотря на фанатичные атаки, за систему огневого поражения никто из бандеровцев зайти так и не смог.
* * *
А Гроз сумел сделать еще один результативный выстрел из РПГ-7Д. Осколочный заряд удачно шарахнул по расчету пулемета противника. Уж очень сильно он докучал огнем с фланга. Заодно взрывом расшвыряло еще двоих автоматчиков прикрытия.
Когда основные силы националистов откатились, все эти четверо остались валяться.
— О, гляди, а укропы шевелятся!.. — углядел в бинокль гвардии лейтенант Анисимов.
— Может, притащим, товарищ командир? — подал идею
